Силуэты местной жизни. №4831 1895 год

Силуэты местной жизни.
Бесконечная поэма.

В письме из Ялты я на днях
Увидел свежие фиалки
И в этот миг в моих меч­тах
Исчез, как будто, Харьков жалкий
С той маргариновой зимой,
Что дышит гнилью, грязью, тьмой,
Что так изменчива и лжива,
Так безобразна и тосклива!..
Фиалки!.. Запах нежный их
Меня из Харькова на миг
Уносит в край счастливый юга,
Где просыпается от сна
Опять красавица—весна ..
А здесь кругом бушует вьюга,
И мокрый снег опять идет,
И почему-то рубят лед...
Уже весну воображая
И мостовую превращая
В какой-то странный кавардак,
Где проезжать удобно так!..
Увы! как рьяно ни хлопочет
Здесь о весне городовой,
Но в январе весна не хочет
Являться в Харьков наш род­ной...
Она над Харьковом смеется:
Лишь только рубка льда начнется,
Лишь только снег начнут счи­щать,
Как станет вьюга бушевать
И ляжет белый снег горами
Над полицейскими трудами!..
И так не раз уже зимою
Мы над комедией такою
Имели случай хохотать
И этим скуку разгонять!..
Как ни смешно, однако ж, было
К весне стремленье наблюдать,
Как рубка льда нас ни смешила,
Но путь в то время совершать
По мостовой прелестной, чудной,
Конечно, так бывает трудно,
Что мы способны заболеть
К нам не пожалует в апреле...
Без всякой рубки снегу, льда
Ее увидим мы тогда...
Ах, долго ждать её прихода
И здесь два месяца погода
Еще нас будет раздражать,
А в это время мостовые
В весенний путь городовые
Не перестанут превращать...

* * *
Еще неделя промелькнет
И, на себя уз Гименея,
Надеть, пожалуй, не сумея,
Как тяжко барышня вздохнет...
До Красной горки ждать придется
И то лишь, коль жених найдется...
Вот говорят, что, будто, нет
У нас желающих жениться,
Но в этом можно усомниться:
Богат текущий мясоед
Обильем празднеств Гименея...
Еще как будто-бы смелее
Спешат все нынче в брак вступать,
Боятся, словно, опоздать...
Спешите, милые, спешите!
Ведь годы мчатся быстро так
И, не вступив в законный брак,
В иной вы "брак" вдруг уго­дите,
А „забракованными" быть
Едва-ль кому нибудь приятно...
И станет холостяк бранить
Законный брак невероятно...
Напрасно! опытом своим
Не испытав его, нельзя ведь
Клеймить презрением таким...
Ведь это, стало-быть, лукавить!
А впрочем... скептик холостяк,
Законным браком возмущенный,
Вступает очень часто в брак,
Но только... только... не в за­конный!

* * *

Ах, новой школе кулинарной
Совсем, как видно, не везет,
И Харьков наш неблагодарный
Нашлось семнадцать учениц,
Трудолюбивых тех девиц,
Что проявили в школе рвенье
И хорошо учились там
Бифштексам, супам и биткам,
Бульонам, всяческим котлетам,
Щам, кулебякам и паштетам...
Плачевней вышел курс второй,
Он с ученицей лишь одной
В полезной школе той начнется...
Нельзя!!.. прекрасный пол у нас
Теперь ведь занят каждый час:
То в вихре вальса он несется,
То в польке кружится всю ночь...
А утром... сон лишь превозмочь
Удастся позднею порою,
Работой занят он иною:
К модистке надо поспешить,
Чтоб платье лучше сочинить
И чтоб на следующем бале
Ум от него все потеряли!
Затем обед, потом гулянье,
Потом спектакль или катанье...
От удовольствий и роман
Почти ушел на задний план,
Нет даже времени для чтенья...
Какое ж, значит, тут ученье?
До щей-ли тут и до котлет,
Когда проходит мясоед
И в лихорадочном стремленьи
Все получают развлеченья
А в тоже время под шумов
Явиться может женишок...
Ведь тут, пожалуй, по-неволе
Забудет барышня о школе
И ни за что до постных дней
Не вспомнит, стало быть, о ней...

* * *

Среди ученейшего града
Так мало школ учреждено!..
Вот для извозчиков бы надо
Здесь школу учредить давно...
Да! надо рыцарям тем слав­ным
Приличья правила внушить.
„Хороший тон предметом глав­ным
Преподаванья должен быть...
А то ведь это посрамленье
Такие слышать выраженья, Что хоть лети от них стрелой!
Хотя извозчичьего нрава
Решили грубость исправлять
И стала ревностно управа
Свою к ним строгость применять­
Но тем не менее порою
Извозчик руганью такою,
Не пожалевши языка,
Осыпать может седока,
Что и у лысого, наверно,
От этой брани грязной, скверной
Способен волос дыбом стать...
А как-же дамам поступать,
Отборной ругани внимая?...
А ведь нередко брань такая,
На наших улицах слышна,
Как будто призвана она
Удостоверить перед миром,
Что в мудром Харькове моем
Все просвещается трактиром,
Но не развитьем, не умом...

* * *

А самокатчиков-то гонка
Так оскандалилася звонко,
Что, чуя этакий скандал,
Под самокатом лед дрожал...
Напрасно публику томили
Антрактом длинным: в этот раз
Едва-ли многие из нас
Там развлеченье получили...
О, нет! для самокатов лёд,
Едва-ли пользу принесет...
Хоть страстью ездить и объяты
Все самокатчики у нас,
Но ездить трудно ведь сейчас...
Поберегите ж самокаты
До летних иль весенних дней,
Когда здесь станет потеплей!
Тогда и публика теплее
Ваш спорт приятный поощрит,
И, самокатчиков жалея
На циклодром к ним поспешит.
Ну, а теперь... теперь прохладно
И потому едва-ли ладно
Здесь гонка зимняя пройдет,
Коль слишком плох бывает лед
Чтоб трек для гонок сделать глаже...
Пожарный кран пускай зальет
Страсть к зимним гонкам по­скорее,
Чтобы не ездили на лед,
По льду кататься не умея...

* * *

Что наши хлебни не желают
На булки цену понижать,
Хоть все хозяева страдать
Он дешевизны продолжают,—
Об этом знаем мы давно.
Что же делать? Значит, суждено
Всем потребителям отчизны
Беднеть от мнимой дешевизны,
А толстым хлебникам опять
Карманы толще наполнять...
Но вот что худо: коль не хочет
Наш хлебник платы понижать,
То пусть о том хоть похлопочет,
Чтоб хлеб опрятнее мог стать...
А то ведь в хлебни загляните,—
И при сильнейшем аппетите
Его должны вы потерять,
Коль вам придется увидать,
С какой примерной чистотою
Насущный хлеб печется там,
Какой опасностью большою
Грозит опрятность эта нам!..
Эффект подучится столь яркий,
Что мы руками разведем
И в хлебе иногда "цыгарки"
Мы запеченные найдем...
Должно быть, это очень вкусно...
Ведь избалован гастроном!
Но гигиена смотрит грустно
И в прибавлении таком,
Как тараканы иль "цигарка"
Не видит ценного подарка,
А хочет видить в них давно
Лишь безобразие одно...
Быть может, это—заблужденье,
Но все ж такие прибавленья
Из хлеба надо-бы изъять,
И "чистоплотность" наказать...

* * *

На новой пьесе Зудермана
Мондшейн, Рыбчннской, Петипа
С восторгом искренним толпа...
То— был Рыбчинской бенефис,
Одной из редких тех актрис,
Чье вызывает исполненье
Толпы восторг и поклоненье...
Дочь короля Рене—Іоланта
Могучей силою таланта
Так ярко создана была,
Что, будто, вновь она жила...
И в "Бое бабочек" прелестно
Артистка тип могла создать
И нам в игре своей чудесной
Реально жизнь нарисовать...
Да, вообще, вся эта пьеса
Полна живого интереса ..
"Бой бабочек"— знакомый бой!
Напоминает он собой
Давно знакомые явленья
Из жизни большинства семей,
В каких живет одно стрем­ленье—
Скорее выдать дочерей...
Картины жизни буржуазной
Нелепой, пошлой, безобразной,
Где, впрочем, так соблюдено
Всегда приличие одно,—
Рукой талантливой, унылой
Все нарисованы так смело!..
Ах, эти нежные мамаши!
Ах, эти „бабочки" все наши!)
Вы не в Германии одной
Из-за житейских благ деретесь:
Когда взглянуть на Харьков мой,
И в нем, наверно, вы найде­тесь...
Да! это новое творенье
Не для Германии одной
Имеет важное значенье:
Изображен в нем общий "бой",
Бой интересов всевозможных,
Бой предрассудков разных лож­ных,
Бой мелких низменных страстей,
Бой ограниченных людей
Не из-за правды и идеи,
Совсем не из-за высших благ,
За то лишь, что в людских гла­зах
Гораздо выше и важнее,
За прелесть благ материальных,
Которым в жертву каждый час
Легко приносится у нас
Чувств очень много идеальных,
Которым в жертву совесть, честь
Мы не стесняемся принесть...
„Бой бабочек“—сатира жизни
Не только немцев лишь одних...
О, нет! и в дорогой отчизне
Есть масса бабочек таких!...

* * *

Заговорив о бенефисах,
Я пару слов о их кулисах,
(Хоть за кулисы не хожу)
О их подкладке вам скажу...
На бенефис обыкновенно
Охотней ходят, несомненно,
Чем на спектакль у нас другой,
Но вот мы видим факт такой:
Гораздо раньше в драме стали
Здесь бенефисы вам давать,
И этим, стало-быть, желали
Побольше публики собрать,
С успехом цели достигая...
Но вот и опера, желая
Еще побольше денег взять,
Для бенефисов начинает
Какие ж дни, вдруг, выбирать,
Какие драма назначает!
Как этот фокус нам назвать?.,.
Положим, в практике торговой
Факт этот далеко не новый:
Здесь конкуренция опять!...
Позвольте-с! Но искусства храмы
Не лавочка, не магазин!
И если в вечер вдруг один
В театры, оперы и драмы
Нас бенефисами влекут,
Ведь нам не разорваться ж тут,
Чтоб и Инсаровой пленяться
И к Петипа попасть стараться!
Нет, как хотите, а, друзья,
Так "конкурировать" нельзя!
От "конкуренции" такой
Несет лавченкой мелочной...

Шпилька

28 января 1895 года